Коллаж Ирины МАКСИМЕНКО
Рождество – это сакральный момент для миллионов верующих. Однако на огромном пространстве нашей страны этот праздник давно вышел за рамки сугубо церковного канона. Россия – это уникальное созвездие народов, языков и верований. В рождественскую ночь, когда на небе загорается первая звезда, в разных уголках страны оживают совершенно непохожие друг на друга миры. Пока в одном регионе звучат православные тропари, в другом - древние тюркские заклинания солнца, а в третьем - таинственный шепот северных гаданий. Это время, когда официальный календарь уступает место народной душе, превращая христианское торжество в яркий калейдоскоп традиций, где каждый народ добавляет в общую палитру свои неповторимые краски.
Съедобные обереги «из облаков»
На Русском Севере - в Архангельской и Мурманской областях – подготовка к Рождеству начиналась с выпечки козуль. Это не просто сладость, а сакральный символ Поморья. Традиционно их пекли из сурового ржаного теста, обильно сдобренного «жженкой» (сиропом из пережженного сахара), что придавало им цвет благородного дерева и позволяло храниться годами.
Фигурки оленей с ветвистыми рогами, баранов и коровок символизировали не только животных у яслей Христа, но и «небесные стада» - облака, дарующие дождь. Козулю не съедали сразу. Ее ставили на видное место или за иконы как оберег. Считалось, что пока козуля в доме, скот будет здоров, а в семье - достаток.
Перекочевав на Урал, традиция стала ярче: там козули начали расписывать цветной глазурью и вешать на елки, добавив к образам котов (символов дома) и ангелов.
Мистический «Вожодыр» и голос судьбы
Для удмуртов период от Рождества до Крещения называется Вожодыр – время, когда границы между мирами истончаются и на землю выходят духи воды и земли (вожо). Это опасное, но захватывающее время, когда каждый шаг сопровождается магией.
Центральным событием «Вожодыра» было ряженье – Пӧртмаськон. Если на юге России ряженые старались выглядеть нарядно, то в удмуртских деревнях преследовалась иная цель: полная неузнаваемость. Считалось, если злой дух узнает в человеке соседа, он может причинить ему вред. Конечно, это было зрелище не для слабонервных.
Ряженые надевали старую, рваную одежду, а шубы (тулупы) выворачивали мехом наружу – это классический признак «существа из иного мира». Лица густо мазали сажей или мукой, чтобы стереть человеческие черты.
В ход шли самодельные маски из бересты с прорезями для глаз. Часто ряженые прикрепляли себе «зубы» из брюквы или щетину из конского волоса. Популярны были и образы животных - медведя, волка или журавля. Чтобы изменить походку и голос, в обувь подкладывали солому, а во рту держали камешки - все ради того, чтобы даже родная мать не признала сына в этом «чудище».
Ряженые вваливались в избы с шумом, пугая хозяев, танцуя странные танцы и требуя угощений. Считалось, что их визит очищает дом от настоящих злых духов, так как «свои» (ряженые) вытесняют «чужих».
Нардуган – «Рождение огня»
В многонациональной республике Татарстан сумели переплестись не только национальности, но и религии. Традиции православных татар – кряшен – представляют собой удивительный симбиоз христианства и тюркской архаики.
Период Святок здесь называют Нардуган – он знаменует начало прибавления светового дня, и на привычный нам лад звучит, как «Рождение огня». В этот день молодежь обходит дома с пожеланиями добра. Хозяева обязаны вынести угощение (чак-чак, баурсак), иначе, по поверью, «солнце не вернется».
И если в крупных мегаполисах, таких как Казань, праздник давно переместился в храмы и концертные залы, то в татарстанских деревнях он до сих пор сохраняет свой первозданный, живой дух.
Уникальность Татарстана в том, что Рождество здесь давно перестало быть праздником только одной религии. В деревнях мусульмане готовятся к этому дню не менее ответственно, чем их православные соседи. Никто не закрывает ворота: сельчане заранее закупают килограммы конфет и готовят пригоршни монет. Логика проста и мудра: «К нам в дом пришли дети, а дети – это благодать». Мусульманские семьи с радостью принимают маленьких колядовщиков, угощая их сладостями.
«Багата кутья» и зов Мороза
На юге Рождество всегда было символом достатка и изобилия. Церковные праздники здесь в особом почете, а рождественский стол казака – это настоящая выставка гастрономии: холодец, домашние колбасы, запеченные гуси и индейки. Но королевой вечера всегда оставалась кутья, которую также называли «вечерей».
Традиционно кутью варили из пшеницы или ячменя с добавлением меда (рис вошел в обиход гораздо позже). Первой мешать кашу должна была дочь. С этой ложкой она выходила на крыльцо слушать, в какой стороне запоет петух - верили, что именно оттуда придет ее будущий муж.
Горшок с кутьей и узвар (компот из сухофруктов) ставили в красный угол на заранее расстеленное сено. Хозяйка при этом обязательно «квохтала», имитируя курицу-наседку, и приговаривала: «Узвар на базар, а кутя на покути! Кво-кво-кво!». Это делалось для того, чтобы птица в хозяйстве плодилась и не болела.
Перед тем как сесть за стол (обязательно дождавшись первой звезды), хозяин брал ложку кутьи, подходил к окну и звал: «Мороз, Мороз, иди до нас вечерять! Не морозь наших телят, курчат и поросят!».
После семейного ужина мальчики отправлялись к крестным и близким родственникам. Заходя в дом со словами «Папа и мама вечерю вам прислали», они получали в ответ сладости и мелкие деньги. Казаки верили: пока дети носят кутью, миру не грозит конец света.
Молчаливые тени «Хухляки»
В Карелии Рождество называют Сюндю. Местные ряженые – хухляки – входили в избу и танцевали в полной тишине. Задача хозяев – не узнать гостя под маской. Если ряженому удавалось сохранить инкогнито, это сулило удачу всей деревне. На стол ставили сканцы - тонкие пирожки, а один ржаной хлебец хранили под иконами до весны: в день первого сева его скармливали лошадям, чтобы передать им силу праздничной земли.
Конечно, многие из этих традиций не дошли до нашего времени в том первозданном виде, в котором их знали предки. Но они трансформировались в нечто большее - в умение жить вместе и делиться радостью. Рождественские пряники на ярмарках, маски животных на детских утренниках и гостеприимно открытые двери в татарской глубинке - все это грани нашей общей культуры. Эти осколки старины продолжают жить, напоминая о том, как многолико, глубоко и, самое главное, едино русское Рождество.
По материалам из открытых источников
