Фото: pxhere.com
С Натальи Овсяницы и Адрияна Осеннего (8 сентября) начинали косить овес. «К Наталье не выкосишь овес – намотаешься до слез», – говорили в народе. Вечером в этот день угощались толокном на кислом молоке или на воде с медом и овсяными блинами (деженем): «Несет Наталья в овин овсяный блин, а Адриян (Адриан) – в горшке толокно». Запивали овсяным же киселем на бруснике. С этого времени день убавляется примерно на три часа от летнего солнцестояния: «Петр и Павел (12 июля) на час день убавил, Илья Пророк (2 августа) два уволок, а Адриян и Наталья три утащили, канальи». Холодный утренник на Наталью предвещал раннюю и холодную зиму, а уж если к этому дню не опали листья с березы и дуба, это означало, что зима будет суровой.
На день двух Пименов (9 сентября) выходили кланяться рябине и собирали ягоды. Говорили, что милостива будет зима к людям, если после пташек на рябине останется много ягод. Впрочем, большой урожай рябины предвещал суровые морозы. В этот день рябину заваривали с чаем, варили из нее варенье, заготавливали на зиму. Ягоды рябины применяли как антицинготное, бактерицидное и мочегонное средство.
На Анну и Савву Скирдников (10 сентября) завершалась последняя жатва хлебов, торопились убрать хлеб до наступления ненастья и холодов. «Красно поле снопами, а гумно – скирдами». Свататься на Анну и Савву не стоило: приход жениха в гости к родителям невесты сулил беду.
11 сентября – Иван Постный. День усекновения головы святого Иоанна православные люди по обыкновению отмечают постом. В это время не разрешается есть ничего круглого: ни варить щи из круглого кочана, ни срезать головки мака, ни копать клубни картофеля, ни рвать яблоки. Заканчивается лето, вместе с первыми заморозками приходит осень: «Иван Постный пришел, лето красное увел». Если на Ивана Постного летели на юг журавли – это предвещало короткую осень и ранний снег. Если скворцы долго не улетали – ждали сухую осень, а если темными вечерами над землей тянулись стаи грачей – надеялись на хорошую погоду. Лебедь летит к снегу, а гусь – к дождю.
Сытником день Александра (12 сентября) прозвали за то, что в его день было принято накрывать богатые столы, собирать гостей, устраивать пиры. Обыкновенно готовили сытную кашу – ячменную на молоке, подавали на стол свежий хлеб из зерна нового урожая. На Сытника совершали особый обряд на будущий урожай: завивали ячменные стебли в одну косу с льняными и овсяными.
На Куприяна (13 сентября) журавли собираются на болоте и держат совет: как лететь на юг, когда отправляться, какой путь выбрать. Отсюда и второе название праздника – Журавлиное вече. В этот день было принято начинать сбор клюквы, которую называли журавлиной ягодой или журавлинкой. До этого срока на болота ходить было нельзя. «Ягодуклюкву не тронь, покуда не полыхнет она, не отгонит тьму в зыбучую топь». Если нарушить запрет – ждут неминуемые беды: в девку бесплодница вселится, у парня нечистая ум отберет, а мужиков и баб нечисть может в топь уволочь. Первым за ягодами отправляли человека, родившегося 13 сентября. Говорили, что он знает дорогу к журавлиннику – месту, где родится самая крупная клюква. Из ягод готовили пирожки с клюквой, варили компоты и кисели, варенье, клюкву мочили. Также на Куприяна убирали репу, морковь и свеклу, копали картофель.
С Семина дня (14 сентября) начинались свадебные недели. Этот день называли началом бабьего лета. Если было ясно, то и вся осень должна была быть теплой, если луга опутаны паутиной, то ждали затяжную осень. С раннего утра женщины и девушки мяли и трепали пеньку, мыли в воде лен да стелили его по лугам, чтобы отлежался. Вечером же садились за прясла. Девушки во время прядения замечали, как ложатся нити: если прямо, то муж попадется хороший, если неровно, то будет супруг негодным. В Семин день хоронили мух и тараканов, так как их считали причиной домашних неурядиц и бедности: из репы или моркови вырезали маленькие гробики, клали в них пойманных в избе мух и тараканов и закапывали в землю как можно дальше от дома. Считалось, что после таких «похорон» насекомые в дом уже не вернутся.
