По легенде, во время чина пострига, стоя перед алтарем в белой рубахе, с распущенными волосами, удерживаемая стражниками, великая княгиня Соломония воскликнула в адрес своего мужа: «Проклинаю весь твой род, проклинаю твою будущую жену, проклинаю московский трон!»… А ведь как счастливо все начиналось... Считается, что великий князь Московский и Государь всея Руси Василий III выбрал красавицу Соломонию Сабурову на царских смотринах – своего рода всероссийском конкурсе красоты.
КРИТЕРИЙ «ПЛОДОВИТОСТИ»
Впрочем, как отмечают дотошные исследователи, летописные записи начала XVI века свидетельствуют, что невесту для Василия III выбрал его отец — великий князь Иван III, исходя из своих соображений. О смотре невест говорится, главным образом, в «Записках о Московии» австрийского дипломата Сигизмунда фон Герберштейна, который вообще отличался «сочинительством». Из его труда этот сюжет перенял Николай Михайлович Карамзин, а дальше этот факт уже как бы и не требовал подтверждения.
Правда, дипломат Франческо да Колло, итальянец по происхождению, который был на службе у императора Священной Римской империи Максимилиана I и в 1518 году в составе имперского посольства приезжал в Москву, тоже упоминал смотр невест.
Вот что он написал: «Сей Великий Князь Василий — как мне рассказали — решил завести жену, чтобы иметь детей и обеспечить себя законным наследником и преемником Государства; для этого повелел объявить во всех частях своего Государства, чтобы — не взирая на благородство или кровь, но лишь на красоту — были найдены самые красивые девственницы, и во исполнение этого указа были выбраны более 500 девственниц и приведены в город; из них было выбрано 300, потом 200 и наконец сократилось до 10, каковые были осмотрены повивальными бабками со всяческим вниманием дабы убедиться, действительно ли они девственницы и способны ли рожать детей, и нет ли у них какого недостатка, — и, наконец, из этих десяти была избрана жена».
Историки отмечают, что брак Василия III и Соломонии Сабуровой, заключенный в 1505 году, в известном смысле был прецедентом. Глава Московского государства впервые женился на особе, принадлежащей не к иностранному царствующему дому либо русскому княжескому роду, а к собственному боярству, то есть служилому сословию.
Почему выбор пал на род Сабуровых, не принадлежавших к высшей титулованной знати? Исследователи отмечают, что братья Сабуровы в течение длительного времени верой и правдой служили великим княгиням Московским. Сначала – Софье Витовтовне, матери Василия II Темного, потом Марии Ярославне – матери Ивана III, затем великой княжне Елене. Дед Соломонии участвовал в 1482 году в походе на Казань в качестве одного из воевод.
Следует отметить, что при выборе невесты для знатного жениха учитывалась «плодовитость» в ее семье. «Особенно ценились девушки из тех семей, где было много особ мужского пола. В этом отношении у Соломонии все было в порядке. У нее было четверо дядьев и четверо братьев. Даже ее дед был шестым сыном в семье. Поэтому можно было надеяться, что и сама Соломония родит много мальчиков, — отмечала историк Людмила Евгеньевна Морозова. — Представители этого рода, по замыслу государя, должны были стать опорой трона его сына. В довершение всего Соломония, несомненно, была наделена красотой и рядом положительных качеств, таких, как скромность, благочестие и любовь к рукоделию, о которых жениху, жившему рядом, было известно задолго до свадьбы».
«ДЕЛО О НЕПЛОДИИ»
Однако большинство надежд Василия III не оправдались. Особенно талантливых воевод и государственных деятелей среди Сабуровых не оказалось. Но самое главное, в его браке с Соломонией не было детей. Виноватой считали Соломонию: будто бы она не способна зачать ребенка.
Спустя пять лет после свадьбы, в 1510 году, супруги предприняли первую богомольную поездку по монастырям «чадородия ради». Кроме того, Василий III активно занимался церковным строительством, возможно, надеясь, что таким образом он «вымолит» себе наследника. Но все было тщетным.
После очередной богомольной поездки по монастырям Василий III даже собрал бояр, чтобы подумать с ними «о своей великой княгине Соломонеи, что неплодна бысть». Их вердикт был следующим: «Неплодную смоковницу посекают и измещут из винограда». Иными словами, бояре посоветовали развестись и жениться на другой. Однако тогда против этого выступили некоторые видные бояре и церковные деятели.
В 1524 году Василий III совершил с супругой очередную богомольную поездку по монастырям, но уже на следующий год решил все-таки расстаться с ней. Развод государя и ссылка бывшей жены в монастырь до сих пор на Руси не случался.
Перед разводом бояре из ближнего окружения Василия III рассматривали «Дело о неплодии великой княгини». Кроме того, стало известно, что в попытках забеременеть Соломония прибегала к колдовству. В частности, ей приносили «заговоренные» масло и мед, и она ими натиралась. После такого известия церковный суд мог даже вынести смертный приговор. Однако великий князь «проявил милосердие» и решил ограничиться пострижением супруги в монастырь.
Забегая вперед: меньше чем через год Василий III женился на Елене Глинской. На момент бракосочетания ей было 14-16 лет, а супругу почти в три раза больше. Елена родила Василию двоих сыновей — Ивана (будущего царя Ивана Грозного) и Юрия.
Существуют две основные версии по поводу того, каково было отношение самой Соломонии Сабуровой к разводу. По одной, она сама, «болезни ради», просила Василия III, чтобы он отпустил ее. Согласно другой, в монахини ее постригли насильно.
«Соломония, оказывается, энергично сопротивлялась постригу и растоптала монашеское одеяние. Тогда один из ближайших советников Василия III, Иван Шигона, не только выразил ей резкое порицание, «но и ударил её бичом». После того как Шигона сказал, что пострижение производится по воле государя, Соломония смирилась со своей участью», — говорилось в записках Сигизмунда фон Герберштейна.
Существует легенда, которую пересказывает тот же Герберштейн, что царица так яростно сопротивлялась потому, что во время пострига была беременна. Якобы уже в Суздальском монастыре она родила мальчика Георгия, отдала его на воспитание, а сама устроила ребенку ложные похороны, чтобы отвести от него возможных убийц.
«Вдруг возникла молва, что Саломея беременна и скоро разрешится, — сообщал Герберштейн. — Этот слух подтвердили две почтенные женщины, супруги первых советников, казнохранителя Георгия Малого и постельничего Якова Мазура, и уверяли, что они слышали из уст самой Саломеи признание в том, будто она беременна и вскоре родит. Услышав это, государь сильно разгневался и удалил от себя обеих женщин, а одну, супругу Георгия, даже побил за то, что она своевременно не донесла ему об этом».
Чтобы проверить информацию о рождении ребенка, Василий III отправил в монастырь «на дознание» советника Третьяка Ракова и дворянина Георгия Путятина. Дознаватели потребовали, чтобы Соломония предъявила им ребенка. Даже объяснили: у Василия и его новой жены Елены Глинской пока родить сына не получилось, так что сын Соломонии имеет особое значение для государства. Однако Соломония ребенка показать отказалась.
ЛОЖНОЕ ПОГРЕБЕНИЕ
В XIX веке историки нашли документы, подтверждающие, что после отъезда дознавателей младенец Георгий был жив, однако вскоре Соломония объявила, будто бы ребенок простудился и умер. Нашлись даже свидетельства, что его похоронили в стенах Суздальского монастыря.
В 1934 году молодой археолог, директор Суздальского краеведческого музея Алексей Варганов, проводя раскопки в подклети Покровского собора Суздальско-Покровского монастыря, обнаружил небольшую безымянную гробницу. Она была расположена между погребениями некой старицы Александры, умершей в 1525 году, и старицы Софии — в миру Соломонии Сабуровой.
По официальной версии, здесь была погребена царевна Анастасия, малолетняя дочь Василия Шуйского. Но монастырское предание гласило, что в этой гробнице покоится прах царевича Георгия — сына великой княгини Соломонии. Вскрыв могилу, археологи увидели лишь полуистлевшую тряпичную куклу, одетую в шелковую мальчишескую рубашку, перепоясанную шитым жемчугом свивальником. Иными словами, погребение было ложным.
«Обнаружена небольшая погребальная колода, покрытая изнутри толстым слоем извести. В ней оказались остатки детской рубашки и истлевшее тряпье без каких-либо следов костяка», — говорилось в документе о вскрытии захоронения.
О чем же говорила эта находка? По всей видимости, мать спрятала ребенка, передав верным людям, а вместо младенца захоронила тряпичную куклу. Согласно народной молве, Георгия вывезли в Керженские леса, где тайно воспитывали в лесных скитах, а выросший царский отпрыск стал затем знаменитым разбойником Кудеяром и доставил много волнений своему брату – Ивану Грозному...
МОЛИТВЫ ПРЕПОДОБНОЙ СОФИИ
Собственно говоря, отсутствие на протяжении долгих лет детей у Василия III и Соломонии заставляет историков подозревать в бесплодии не столько Соломонию, сколько самого Василия III. Против него говорит затянувшееся на три с половиной года «бесплодие» и его второй жены — Елены Глинской. Более того, современники описывают неспособность великого князя «ко плодотворению» во втором браке и о поиске средств к этому с помощью знахарей и чародеев.
В отношении Елены Глинской, отмечают исследователи, можно с высокой долей вероятности утверждать, что она, имея перед глазами печальный опыт своей предшественницы, прибегла к помощи другого мужчины. Считается, что им был ее любовник и фаворит, князь Иван Овчина Телепнев-Оболенский, занявший место рядом с ней сразу же после смерти Василия III и расправившийся с регентским советом...
Что же касается Соломонии, то она, став инокиней Софией, постепенно смирилась со своей участью. В монастыре она вела уединенный образ жизни, основным ее занятием было рукоделие.
Преставилась княгиня-инокиня в 1542 году и была погребена в усыпальнице под Покровским собором. В середине XVII века она была канонизирована на местном уровне как преподобная София Суздальская. Поводом послужили многочисленные исцеления, совершавшиеся у ее гробницы. Так, в 1598 году прозрела княжна Анна Нечтева, шесть лет страдавшая слепотой. А в 1609 году, во время нашествия поляков на Россию, преподобная София будто бы спасла Суздаль от разорения, явившись в грозном виде предводителю военного отряда поляков Лисовскому. От страха у того парализовало руку, и он поклялся оставить в покое город и монастырь.
Утверждалось, что еще в стенах княжеского дворца Соломония кормила множество нищих, помогала семьям бедняков, щедро раздавала милостыню, особенно в родительские субботы и дни памяти усопших, заботилась о вдовах и сиротах. В покоях Соломонии изготовляли церковные облачения и покровы для святых обителей. Так, на раку Преподобного Сергия в знак его особого почитания в великокняжеском роде княгиня собственноручно вышила покров.
В XVIII веке ключарь Богородице-Рождественского кафедрального собора Суздаля священник Анания Федоров собрал свыше двух десятков случаев исцелений и помощи по молитвам преподобной Софии. Они вошли в его известную книгу «Собрание о богоспасаемом граде Суздале».
Почитание преподобной княгини-инокини Софии происходило вплоть до закрытия монастыря в 1923 году. С возрождением обители в 1992 году встал вопрос о возобновлении ее почитания. Событием летописного характера стало обретение 14 августа 1995 года мощей преподобной Софии Суздальской. В 2007 году ее почитание по благословению Святейшего Патриарха Алексия II было вынесено на общецерковный уровень, имя ее внесено в церковный месяцеслов. К мощам преподобной Софии Суздальской съезжаются паломники, которые просят ее об исцелении и о даровании детей.
Что же касается проклятия Соломонии, которое она будто бы наложила на московский трон, то оно тяжким грузом легло не только на род Рюриковичей, но и на род Романовых – спустя несколько столетий… Конечно, можно с немалой долей уверенности сказать, что все это домыслы и фантазии, и тем не менее…
