Фото: pxhere.com
Если день на Сидора Бокогрея (27 мая) был ясный – то ждали хорошего урожая огурцов, а если будет холодно – то и все лето должно было быть таким. На Сидора прилетают из-за теплых морей стрижи и ласточки-касаточки. Раннее возвращение ласточек сулило счастливый год, но: «Одна ласточка весны не делает»; «Первой касатке не верь». Это означало, что только массовый прилет птиц мог быть свидетельством окончательного прихода весны.
С Пахома Теплого, Пахома Бокогрея (28 мая) черемуховые утренники сменяются рябиновым теплом: «Пришел Пахом – запахло теплом». В этот день нужно было сеять оставшуюся пшеницу. А вот никакие другие растения сажать на Пахома не рекомендовалось – особенно в полдень, так как любые посевы и посадки, кроме пшеницы, пропадут. Если на Пахома восход солнца багряный – лето будет пожарным. Духов день (первый день русальей недели — недели после Троицы) начинается с чествования предков, которых приглашают погостить в дом, разбрасывая по углам дома свежие березовые ветки. Это также день общения с водными, луговыми и лесными духами, чтобы не приставали к детям и другим родичам, чтобы способствовали плодородию наших полей, лугов и лесов, напоили их соками Земли. Встреча с русалкой обещала или несметные богатства, или оборачивалась несчастьем. Считалось, что русалки могли увести ребенка в свой хоровод, защекотать или затанцевать до смерти. Поэтому во время Русальной недели детям и девушкам категорически запрещалось выходить в поле или на луг. Чтобы уберечься от русальего приворота, надо было носить с собой полынь, хрен или чеснок. 28 мая, в следующий за Троицей понедельник, праздник в честь Святого Духа.
С Федора Житника (29 мая) обычно зацветает рябина, и этот день считается последним днем, подходящим для посева яровых: «У Житника забота – ячменное поле заборонить».
30 мая – Евдокия Свистунья. Какова Евдокия – таково и лето. Народившаяся в дождливую Евдокию луна – к мокрому лету, а если дует еще и северный ветер – к лету холодному. Также в этот день почитали святого Андроника – или Ондрона. Его просили «отворить небесные ворота, чтобы дожди пролились на зерно, которое в землю легло».
Федота Овсяника (31 мая) считали помощником весны. По дубу судили и о будущем урожае: «Если на дубу макушка с опушкой – будешь мерить овес кадушкой». Это означало, что, если к Федоту дуб развернет листья, урожай яровых будет хорошим. Если же вдруг с дуба начинали опадать зеленые листья – будет голодный год. Под дубом нередко совершали брачные обряды: молодым нужно было взяться за руки и три раза обойти дерево. Такой союз считался скрепленным навеки.
На Ивана Долгого (1 июня) произносили заговоры, которые должны были защитить поля от непогоды, от вредителей, от дурного глаза и так далее. Если вороны садятся клювами в одну сторону, то стоило ждать сильный ветер, который заговаривали: «Ветер, ветрило, из семи братьев старший брат, ты не дуй с гнилого угла, ты не лей дождем с запада, ты подуй-ка теплым теплом, сослужи службу роду нашему, пригони дожди добрые пахарям на радость, а тебе, буйному, на славу!» Каждому ветру давали свое прозвище. Юго-восточный называли обеденником, южный – летним, юго-западный – верховым, северо-западный – глубником, северо-восточный – полунощником. А если на Ивана Долгого идет дождь, то весь месяц будет сухим. Хороший урожай предвещали и обильные росы, а частые туманы, что в лесах будет много грибов.
На Тимофея Грядочника (2 июня) сажали огурцы. «Пришел Тимофей – сей огурцы скорей». Первый выросший огурец позже тоже полагалось как можно быстрее сорвать и закопать в потаенном месте, чтобы не пожухли все плети.
