Фото: pxhere.com
Ко дню Афиногена (29 июля), или Финогея, лето проходит самую знойную пору. Начинали жать рожь и первый сжатый сноп был именинным. С него начинали молотьбу, соломой с него кормили заболевшую скотину, а зерном лечили людей. Часть первого зерна обязательно оставляли для посева. Оставляли несколько несжатых колосьев – «финогенову волотку» (волотка – это верх снопа), которые старухи завивали в бороду Волоса – дар древнему славянскому богу. Если ботва у моркови поникала – к дождю, а частые туманы – пора по грибы. С этого дня на столе регулярно появлялись грибные блюда: любимая многими гречневая каша с грибами и луком, котлеты из белых грибов, грибная икра и, конечно, жареная с грибами картошка.
День Марины с Лазарем (30 июля) – время зарниц, молний без грома и дождя, на которые смотреть категорически запрещалось. Голубые вспышки зарниц – «зори с лазорями» – по легенде, это Морской царь вспоминает о непокорной дочери – морской царевне Марине, сбежавшей на землю – и гневается, пронзая небо огненными стрелами.
Считалось, что осень будет такой, как два последних дня июля и первый день августа.
С Омельянова дня (31 июля) начинается основная пора заготовок солений и варения на зиму. Лучшим отдыхом после работы была баня, и в этот день было принято париться вениками из ржаной соломы, а также из полевых трав и цветов. Так смывали всю усталость, накопившуюся за время жатвы. В баню заходили с поклоном – чтобы не обидеть банного.
Преподобную Макрину (1 августа) нередко называют Мокриной и не случайно: по тому, насколько «мокрый» этот день, судят о будущей осени: «Макрина мокра – и осень мокра». Зато в лесу будет много орехов. Если же день выдавался сухим, то проводили особый обряд вызывания дождя – «делали мокрины» – девушку, родившуюся в этот день, называли Мокриной, наряжали в праздничное платье и подносили ей колосья хлеба. Она должна была отнести их к реке, чтобы та передала хлеб влаге небесной и уговорила ее пролить дождь. По поверью, заканчивается лето для насекомых, по крайней мере оводы на Макрину должны были кусаться в последний раз. А если с осин начинал лететь пух, можно было смело идти за подосиновиками.
С Ильина дня (2 августа) начинается осень, несмотря на то, что по календарю до нее еще далеко, ночи становятся холодными, с этого дня перестают купаться (кстати, этот обычай жив и сейчас), ведь: «Илья Пророк бросил в воду ледяшок». В Ильин день устраивали крестные ходы и молились пророку о дожде или, наоборот, о ясной погоде – что было нужнее. Дождевая вода, собранная в это время, избавляла как от сглаза, так и от глазных болезней. К Ильину дню выпекали первые хлеба из нового урожая. На Ильин день не работали, особенно в поле, ведь: «На Илью стогов не мечут – спалит Илья грозой».
Все работы на Онуфрия Молчаливого (3 августа) полагалось совершать молча. Занимались закромами – проверяли, не изгнили ли доски, не проржавели ли гвозди, хорошенько проветривали и просушивали, чтобы запасы хлеба не запрели, и не загнили. В амбары запускали кошек, чтобы те заранее изловили всех мышей.
На Марию Ягодницу (4 августа), конечно же, ходят в лес за ягодами и занимаются их заготовкой на зиму – варят варенья и компоты. В поле же не работали так как в этот день велик риск пострадать от молнии. В то же время гроза, случившаяся на Магдалину, предвещала хорошее: «Коли гроза – сена будет за глаза». Утренней росой в этот день умывались, чтобы придать лицу белизну и чистоту.
