Архив номеров

Последние новости

Нет новостей.
 

16/12/2016
РОССИЙСКОМУ КИНЕМАТОГРАФУ НЕ ХВАТАЕТ ДУШИ

    0 баллов

Почему зритель ходит на американские боевики и не ходит на российские военно-патриотические фильмы? Как сегодня объясняют режиссеры актеру его роль? Почему был так успешен сериал «Солдаты»? 

Об этом в прямом эфире видеостудии Pravda.Ru рассказал Амаду Мамадаков, российский актер театра и кино, театральный режиссер, заслуженный артист республик Алтай и Тыва.

– Вы снимались в фильмах «9 рота», «Звезда», «Монгол», в телесериале «Солдаты». Недавно состоялась премьера фильма «28 панфиловцев» с вашим участием. Военно-патриотическая тематика вам близка. Скажите, почему российский зритель смотрит американские боевики с гораздо большим удовольствием, чем российские военно-патриотические фильмы? 

– В принципе, американское кино смотрит весь мир. Потому что в Голливуде хорошо делают спецэффекты, у них техника хорошая, команда сбитая, и главное, у них большой кинорынок: не захочешь – посмотришь.

– Наш фильм «Сталинград» в плане спецэффектов сравним с голливудским, очень зрелищный. Но все же я бы не назвала его российским военно-патриотическим фильмом. Не хватает чего-то… 

- Души. Мы-то видели и другие фильмы – «Освобождение», «Белорусский вокзал», «Женя, Женечка и Катюша»… И поэтому у нас есть представление вот такое. У актеров того времени были другие глаза на экране. Это не сыграешь, мне кажется. Потому что поколение выросло уже другое.

И сегодня, когда мы обращаемся к военной тематике, к Великой Отечественной войне, то эффектно используем новые технологии, американские приемы. А души нет, актеров с такими глазами уже нет.

Тебя загримировали, и ты после обеда на съемочной площадке с сытым взором играешь войну. Ну понятно, работаешь над собой, пытаешься вжиться в образ, но дело еще в том, что современный сценарный материал и не предполагает какой-то глубины. Он изначально рассчитан на спецэффекты. То есть уже другой формат.

«Сталинград», по моим ощущениям, специально рассчитан на западную аудиторию. И скорее всего это был такой коммерческий проект. Не для российских кинозалов.

– Фильм «Утомленные солнцем» Никиты Михалкова зрители тоже не восприняли. С вашей точки зрения – почему? 

– Мне кажется, опять же это формат западный, который диктует, что можно из одного материала выжать и сериал, и художественный фильм. И начинают растягивать историю на 20 серий, а потом пытаются смонтировать из этого одну. Естественно, она уже не клеится. Если бы изначально задумывался именно цельный художественный фильм, может быть, что-то бы и вышло.

– Как режиссер объясняет вам героя, которого вы должны сыграть, какими словами? 

– «Звезда» – мой первый фильм. Уже много лет прошло после него, и когда я немножко отстраненно так смотрю, вижу – хорошая история получилась, одновременно напряженная и человечная.

Перед съемками режиссер Николай Лебедев главным героям условие поставил – чтобы мы отслужили месяц в Таманской дивизии. И месяц нас гоняли двое ребят-разведчиков по полной программе. Настрелялись из всех видов оружия, которое тогда было, начиная от трехлинейки, заканчивая Калашниковым. Очень было интересно, мы погрузились в эту атмосферу.

И параллельно шла работа над сценарием, над восприятием. Репетиции, разговоры по поводу военных историй, которые нам рассказывали, действительно мощных, реальных фронтовых историй. Послушав эти страшные рассказы ветеранов, уже идешь на съемочную площадку с совершенно иным багажом.

Это потом и отразилось на картине. Хотя время было очень тяжелое, помню: конец 1990-х, Мосфильм еле-еле дышал, вытаскивали старые танки, орудия, они постоянно ломались в подмосковных лесах, приходилось ждать, пока починят, и так далее. Очень трудные были съемки, очень долго снимали. И вот результат. При желании все можно сделать, просто нужно подготовиться хорошо.

– В фильме «28 панфиловцев» у вас была какая-то подготовка к роли? 

– Была большая подготовка у основной группы. Я-то приехал, отснялся и уехал. Но видел, как они работают, что придумывают. Это очень увлекательно. Я, как только услышал про этот проект, сразу захотел попасть в него, хоть кого сыграть. И мне повезло – позвали на небольшой эпизод. Одно удовольствие было оказаться в этой команде интереснейших ребят, которые что-то такое задумали.

Сейчас даже землю найти для съемок, вырыть окопы и взрывы делать очень сложно, никто свою землю не даст взрывать. Плюс еще надо отыскать место без высоковольтных столбов, без современных построек. Еле-еле нашли под Санкт-Петербургом такое.

Вырыли окопы, а денег на компьютерную графику нет. Так ребята сделали из фанеры фигуры танков – коробки такие, зеленым покрасили. И бегали по полю, неся на себе эти конструкции. Вот так: я в окопе сижу, смотрю, а они бегают с картонными танками.

Но это, по большому счету, не такие уж значимые проблемы, если есть хороший, глубокий сценарий. А если в сценарии изначально нет правильной истории и основа – спецэффекты, все выстроено на монтажных картинках, все так настроено… Мы уже испорчены этим, клиповое мышление у нас развито. Мы не можем долгие кадры смотреть, к сожалению, так же, как не можем долго книги читать. Киношники напрямую в плену этого.

– А сам актер может додумать то, что сценарист не написал или режиссер не доработал? Если сценарий плохой, вы можете вытащить свою роль? 

– Я уже привык, что для меня ролей не пишут в нашем кино. Так, обычно – азиат, китаец, чукча. И все. А что он там делает? У режиссера – 30 серий в голове, некогда ему со мной возиться. В одном сериале предложили: очень хотим с тобой поработать, есть роль кавказца, ты должен что-нибудь придумать. Я говорю: какой из меня кавказец? Не получится, давай переписывать. Придумал переписать роль под тувинца. И привозил собственный реквизит, дорабатывал свою роль, что-то увеличивал. Я постоянно занимаюсь этим в нашем кино.

– Должна ли быть государственная политика в отношении кинематографии, поддержка кино? 

– Я думаю, давно пора уже. Пока же нас, как ЖКХ, постоянно куда-то отодвигают. Надеюсь все же, долго так не будет продолжаться. Ведь сейчас до армии у государства руки дошли – получается, и хорошо получается. А я помню, военные тоже своего часа ждали с 1990-х годов. Долго ждали.

Когда сериал «Солдаты» выстрелил, в народ пошел, я гадал: почему успех? Вроде не вкладывалось туда никаких денег, это придумано было случайно, как хулиганство своего рода, и никто не рассчитывал на удачу. Может, это мое субъективное мнение, но я вижу так: в те времена только ленивый армию не пинал, опустили ниже плинтуса – дедовщина там, прочие страшные вещи…

И вдруг выходит на этом фоне сериал «Солдаты». А народу надо детей отправлять в армию, всех тема волнует. За этот сериал зацепились, начали смотреть. Я потом получал письма от молодых парней: мы думали, что в армии – как в кино, и пошли служить.

Даже сейчас пишут солдаты, похожие на меня: в армии их тут же назвали Вакутагиными, начали подшучивать. И вот они назвались моими братьями. Мол, пожалуйста, для подтверждения отправьте фотографию. Я отвечаю: братишка, служи достойно, пусть там товарищи тебе помогают… И случается, «братишки» потом благодарят за то, что отношение к ним в армии поменялось, они хорошо отслужили, и так далее. Такое вот кино.

Беседовала Любовь ЛЮЛЬКО 

Подготовил к публикации Юрий КОНДРАТЬЕВ

Правда.Ру